Сайт открытый - регистрация необходима только при добавлении информации.

Авторизация
Логин (e-mail):

Пароль:

запомнить



Зарегистрироваться
Забыли пароль?


Организации
Приглашаем к сотрудничеству все организации, которые активно участвуют в сохранении памяти о Великой Отечественной войне. Компании, присоединившиеся к проекту
Статистика
126691
12246
6846
48223
2

Наши баннеры
Мы будем благодарны, если Вы разместите баннеры нашего портала на своем сайте.
Посмотреть наши баннеры







© 2009 Герасимук Д.П.
© 2009 ПОБЕДА 1945. Никто не забыт - Ничто не забыто!
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл № ФС77-36997


© Некоммерческое партнёрство "Историко-патриотичекий Клуб "ПатриоТ-34"
Свидетнльство о госрегистрации НО
Свидетельство о внесении записи в ЕГРЮЛ
Регистрация Поиск Фронтовика Поиск подразделения Помощь О проекте

Карточка Фронтовика

Фрунзе Тимур Михайлович



Пол:мужской
Дата рождения:5.4.1923
Место рождения:г. Харьков
Национальность:русский
Должность:летчик-истребитель
Звание:лейтенант

Попечитель:

Александр Ушаков

Подразделения, в которых служил Фронтовик:

161-й истребительный авиационный Рижский ордена Суворова полк
Северо-Западный фронт

Захоронение:

-
Дополнительная информация
Домашний адрес во время войны:г. Челябинск, 1, городок НКВД-2, кв. 19
Родственники во время войны:Фрунзе Татьяна Михайловна (сестра), Клемент Ефремович Ворошилов (приемный отец)
Дата призыва:22.8.1940
Место призыва (военкомат):кадровый
Дополнительные сведения:Тимур Фрунзе — сын Михаила Васильевича Фрунзе, революционера-большевика, советского военного деятеля. Тимур рано остался сиротой —отец скончался при операции, а мать через год после смерти мужа покончила с собой. Тимур рос и воспитывался в семье К. Е. Ворошилова, которого считал своим отцом. Но о родном отце знал побольше, чем знали мы в то время о М. В. Фрунзе. О Фрунзе написано немало книг, о нем сняты кинофильмы. Его имя не вытравливалось из истории, как это было с другими военными деятелями советского государства, такими как И. И. Вацетис, С. С. Каменев. Фрунзе прочно занял свое место среди видных деятелей революции и гражданской войны, и никакие перемены в высших эшелонах власти не сказывались на отношении к нему. Более того, образ Фрунзе, канонизированный Сталиным, был превращен чуть ли не в икону. Он, пожалуй, единственный из полководцев Красной Армии не подвергался ни шельмованию, ни очернению, а ведь критикой были задеты даже такие легендарные личности гражданской войны, как Клим Ворошилов и Семен Буденный, Фрунзе — нет. С возрастом все это впитывал в себя его сын Тимур, не покидавший Кремля до своего совершеннолетия, росший в атмосфере превращения руководителей партии и советского правительства в «вождей» — перед войной всех их так и называли в народе. Имя М. В. Фрунзе осталось нетронутым и в то время, когда равные ему командиры и герои гражданской войны Тухачевский, Егоров, Якир, Уборевич, Гамарник, Миронов, Дыбенко объявлялись «врагами народа» и один за другим убирались из жизни. Все это происходило в сознательном возрасте Тимура Фрунзе. Знал он, конечно, заслуги отца перед советской властью, что его высоко ценил сам В. И. Ленин. Наконец, при всем этом Тимур задумывался и над тем, зачем и почему Сталин против нежелания отца принудил его делать операцию желудка. По-видимому, мать Тимура знала что-то такое, потому что покончила с собой... При поступлении в Московскую артиллерийскую спецшколу Тимур писал в своей автобиографии: «Родился в Харькове в 1923 году. В 1925 году умер отец, Фрунзе М. В.— профессиональный революционер, в 1926 г. умерла мать. Рос и воспитывался у бабушки, с 1931 г.— в семье К. Е. Ворошилова. Сестра Татьяна в настоящее время — слушатель Военной академии». После окончания артиллерийской спецшколы Тимур, как и вся тогдашняя молодежь, заболел авиацией. Свое решение Тимур согласовал с Климентом Ефремовичем Ворошиловым, и тот посодействовал ему в поступлении в Качинское военное училище летчиков-истребителей. Как уже упоминалось выше, в Качинском авиационном училище он учился в одной группе с сыновьями И. В. Сталина, Е. М. Ярославского, Н. А. Булганина. А первым выпускником этого училища был брат жены Емельяна Ярославского, П. И. Кирсанов, ставший к поступлению в училище ребят уже известным военным летчиком в стране. Петр Иванович Кирсанов воевал против немцев в гражданскую войну в одном авиационном отряде с Петром Николаевичем Нестеровым. С этим прославленным русским военным пилотом и множил доблесть русских авиаторов. На виду у германских и русских войск Кирсанов вел воздушный бой с немецкими летчиками, один против троих, и когда исчерпал все возможности продолжать бой, то протаранил немецкий самолет. Это произвело такое впечатление на противника, что сам король Германии Вильгельм Второй приказал своим командирам похоронить останки русского летчика со всеми воинскими почестями, а боевые награды Кирсанова передать России. Сейчас Георгиевские кресты, орден Святого Владимира и медали Кирсанова хранятся в музее Качинского авиационного училища. Вот какие примеры служили Тимуру при обучении в летном училище. Назначенный старшим так называемой элитной группы пилота-инструктора Николая Власова, Тимур был крепкой опорой этому командиру, потому как приводить в порядок кремлевских сынков было не просто. Первым, кого пришлось Тимуру наказывать за мелкие уставные нарушения, был его ближайший друг, Ярославский, которого отец назвал Михаилом — в честь своего друга по царскому подполью Михаила Васильевича Фрунзе. — Да ты что, Тимур? Друга наказывать,— возмутился сын Ярославского. — Ничего. Перед воинскими уставами все равны — и Фрунзе и Ярославские. Не однажды призывал Тимур к порядку и Васю Сталина. Свой переход из артиллерии в авиацию Тимур обосновывал так: «Я сын двух революционеров — Фрунзе и Ворошилова. Оба они были в дуще революционных событий, на переднем фронте битвы за советскую власть, поэтому и мне надлежит быть в авангарде военного дела защиты нашей Родины. Авиация становится новейшим видом нашей обороны — я должен быть там». В Качинском военно-авиационном училище Тимур преуспевал. В одной из курсантских характеристик Тимура написано: «На первых учебных самолетах У-2, Ут-2, УТИ-4 проявил себя наиболее способным учлетом. Летает смело и с большой охотой, особенно это проявляется при выполнении высших пилотажных фигур. По предметам теоретической подготовки успевает отлично. В свободное время увлекается чтением книг, особенно исторической тематики, военной литературой. Владеет немецким и французским языками...» Характеристику подписал командир эскадрильи капитан Иванов. В одной из Тимуровых тетрадей-конспектов встречается выписка из брошюры его отца М. В. Фрунзе. «Нужно постоянно совершенствоваться» — называется эта брошюра, и вот из нее выписка: «Любой характер можно и нужно изменять к лучшему. Каким образом? Весьма просто: желание, терпение. Даже физическую силу — все можно выработать в себе, если захотеть, если не давать себе поблажек». И Тимур выполнял советы отца, ни в чем не давал себе поблажек. После окончания Качинского училища, лейтенант Тимур Фрунзе прошел тренировку на боевом истребителе в том же 8-м учебно-тренировочном полку и в начале ноября 1941 года был направлен в 161-й истребительный полк, который защищал московское небо от налетов немецких бомбардировщиков. У каждого человека есть что-то дорогое — опушка леса, поле, берега любимой речки... Такой уголок был, конечно, и у Тимура. Его рано увезли из Харькова, где он родился во время службы отца в тогдашней столице Украины, но в детской памяти остались и многолюдная Сумская улица, и городской парк имени Шевченко, и Чугуевские военные лагеря, куда его иногда брал с собой отец... Но Москву Тимур не мог сравнить ни с чем. Там — родная 257-я школа и первая юношеская любовь. Москва, Москва... ...На Московском направлении молодому летчику Тимуру Фрунзе не пришлось пока летать на боевое задание, командование и его придерживало, берегло. Боевая работа лейтенанта Фрунзе началась на Северо-Западном фронте, куда был перемещен 161-й истребительный полк. 10 января 1942 года Тимур вылетел на прикрытие наших наземных войск, при этом произошло три встречи с немецкими истребителями. Гитлер все время торопил свое командование взять Ленинград, потому летчикам 161-го ИАП приходилось усиливать интенсивность боевых вылетов по отражению вражеских налетов на город. 19 января лейтенант Фрунзе вылетел на свой 9-й по счету боевой вылет и не возвратился с задания. Архивные материалы сохранили записи о гибели сына Михаила Васильевича Фрунзе: «Северо-Западный фронт. 161-й истребительный авиаполк. В 11 часов 43 минуты 19.01.42 г. старший лейтенант Шутов и его ведомый лейтенант Фрунзе вылетели с аэродрома Крестцы на прикрытие войск в районе Паршино, где наши войска вели сложные бои за переправу через реку северо-восточнее Старой Руссы. В 12 часов 15 минут Шутов и Фрунзе вступили в воздушный бой с немецкими истребителями на высоте 990 метров. Немецких «Ме-109» было четыре, наших — два, потом к немцам подключились еще два «мессершмитта» нового типа «Ме-115». Эти «115-е» подошли тогда, когда парой Шутова был сбит один «Ме-109» и он догорал у деревни Балогижа, что в 5-6 километрах севернее Старой Руссы. Имея превосходство — три оставшиеся «Мессершмитта-109» и два подошедшие «Мессершмитта-115»,— немецкие летчики осмелели, сумели разделить нашу пару — Фрунзе и Шутова. «Ме-109»-е занялись атаками Шутова, а «Ме-115»-е — Фрунзе. Первым пошел на вынужденную посадку подбитый старший лейтенант Шутов, и освободившиеся три «Ме-109» присоединились к своим «Ме-115-м» и теперь пятеркой набросились на оставшегося в одиночестве Тимура Фрунзе. Причем «Мессершмитты-115» были вооружены пушками, и, конечно же, «Як-1» Тимура был подбит; раненный в голову, он повел горящий свой «Як» на посадку. Как запомнил с земли ранее сбитый Шутов,самолет Тимура упал в 500 метрах от деревни Отвидино (8 км северо-западнее Старой Руссы). То были жесточайшие бои в районе Старой Руссы. С того же аэродрома Крестцы, в день гибели Тимура Фрунзе, десятку пикировщиков Пе-2 повел на задание наш командир 204-го (впоследствии 161-го гвардейского) полка майор Гаврилов, и из этой девятки Пе-2 в Крестцы вернулся только один майор Гаврилов, остальные были сбиты истребителями противника. И все же думается, надо было придержать Тимура от вылета в злополучный день 19 января, ведь можно было обойтись и без 19-летнего летчика — хотя бы из-за такой фамилии… Что же хорошего успел увидеть в своей жизни этот замечательный юноша?.. В Москве живет женщина по имени Вера Иванова. У нее сложилась своя семейная жизнь, без Тимура Фрунзе. Но она не скрывает даже от корреспондентов памяти о своей первой любви. Она рассказывает: «Когда Тима улетал на фронт, он просил меня, что если что случится с ним, то посадить на его могиле незабудки. И я нашла его могилу в старо-русских Крестцах, посадила на его могиле незабудки. Пусть растут живым всполохом его незабудки, ведь по сути его и вспоминать теперь уже некому — ни отца, ни матери, ни своей семьи не успел завести...» Кладбище, где захоронено пробитое фашистами тело юного военного летчика, называется Ямским,— и Вера Иванова продолжает свой печальный рассказ: «До войны я носила две пышные косы. И вот однажды получаю от Тимура письмо, он просил сохранить для него хоть одну из тех кос, а если можно, то и выслать ему на фронт. И я не пожалела, отрезала косу и послала ему посылкой. К сожалению, посылка возвратилась — получатель погиб. Как погиб — написали его фронтовые полковые друзья». Летчику 161-го истребительного полка Тимофею (Тимуру) Фрунзе тогда же, в январе 1942 года, было присвоено звание Героя Советского Союза. ...Как при советской власти водилось, бывшие фронтовики ежегодно собирались на свои полковые встречи. Собирались ветераны и 161-го истребительного полка. И волновались, беспокоились, почему же на их встречи не является их бывший командир эскадрильи Иван Шутов, проживавший тогда в Москве. Однополчане считали и своей общей виной то, что их бывший командир эскадрильи Шутов понес незаслуженную кару — за «потерю ведомого летчика Фрунзе» получил пять лет лишения свободы. Знали в полку все, потому и писали, писали во все инстанции, чтобы суд повторно рассмотрел это дело. Некто в так называемом журналистском расследовании разоблачил авантюриста москвича Шутова, и тоже по имени Иван, который выдал себя за командира эскадрильи и которого якобы «в бою бросил лейтенант Фрунзе, улетел в сторону немцев и поныне жив-здоров, проживает где-то в Западной Германии...» Непонятно, зачем все это нужно было тому человеку, но, как выяснили журналисты, тот Шутов и служил-то не в авиации, однако слухи и всякие лживые легенды поползли по Москве. Разоблачение авантюриста помогло снять вину с настоящего Ивана Шутова, бывшего командира 161-го истребительного полка. Он получил полную реабилитацию после того, когда отбыл в заключении более трех лет. Возвращены были ему и его боевые награды — орден Ленина, орден Александа Невского, два ордена Красного Знамени и английский орден «Королевский Крест Великобритании» — этот орден вообще не имел никакого отношения к исчезновению Тимура Фрунзе, он получен Шутовым за содружество в воздушных боях с английскими летчиками, уже при обороне Мурманска. И вот очередная встреча однополчан 161-го истребительного полка. Встреча постаревших ветеранов со своей боевой молодостью. Однополчане, увешанные боевыми орденами и медалями, встречают друг друга, и коекто уже и не узнает бывших друзей. А Иван Шутов (настоящий) еще и в темных очках... — В боях с фашистскими летчиками сохранил зрение, а в родных сталинских лагерях потерял — при работе на электросварке,— оправдывается Иван, как будто в этом его личная вина. А однополчане все подходят и подходят, обнимают, называют себя — если кого Шутов не узнает по голосу. Вот подходит молодцеватый генерал, склоняет перед Шутовым голову, говорит: — Здравия желаю, товарищ командир. — Здравствуй. А кто это? — спрашивает Шутов, и ему отвечает рядом стоящий однополчанин: — Это Пикулев Слава — который после Тимура Фрунзе с вами летал. Снова голос Пикулева: — Спасибо вам за все, за все, товарищ командир. Тут Иван Шутов вспомнил историю с Пикулевым. В эскадрилью прибыло пополнение молодых летчиков, командир эскадрильи Шутов приступил к вводу их в боевой строй. Все шло нормально, покамест дело не дошло до боевых вылетов. К себе в напарники вместо погибшего Тимура Фрунзе Шутов взял Пикулева. Пошли на задание, с первого же столкновения с «мессершмиттами» Пикулев вышел из атаки, бросил ведущего, струсил. Встал вопрос об отчислении Пикулева из боевой авиации. Шутов вступился за молодого летчика, взял Пикулева на поруки, и тот успешно закончил войну. Позади —Военная академия и должность командира истребительной авиационной дивизии. С.А.Микоян о Тимуре Фрунзе: ... Тимур в паре с командиром звена лейтенантом Шутовым, атаковали и сбили самолет-корректировщик Хеншель-126, потом появились Мессершмитты. Удалось сбить одного из них, но самолет Шутова был подбит, и Тимур остался один. Бывший одно время начальником штаба 32-го гвардейского полка майор Простосердов (после войны – генерал) случайно был очевидцем окончания этого боя и рассказал мне, что увидел идущий на малой высоте Як, который вяло покачивался, а за ним шли два «мессера». Один из них дал очередь, Як «клюнул» и ударился в землю. Простосердов подбежал к обломкам, вынул из нагрудного кармана погибшего летчика комсомольский билет, и узнал, что это был Тимур Фрунзе. Зная характер Тимура, я уверен, что он уже был тяжело ранен, иначе не вел бы себя в эти последние минуты пассивно. В 50-е годы Тимура перезахоронили на Новодевичьем кладбище в Москве. Недалеко от него находится бывший Теплый переулок, переименованный в улицу Тимура Фрунзе, и там школа, в которой хранили память о нем и ежегодно в день его рождения, 5 апреля, проводили встречи со школьниками 5–6 классов (с 1994 года встреч уже не было). Я всегда приходил на эти встречи, где бывали его одноклассники, однополчане, некоторые его родственники, и рассказывали о Тимуре. В Тимуре сочетались очень разные черты – с одной стороны это был типичный «мальчик из порядочной семьи», с другой – обыкновенный проказливый парень. Высокий, стройный, с хорошей спортивной выправкой, которой он гордился, Тимур увлекался многими видами спорта, – я уже упоминал верховую езду, кроме этого, он занимался гимнастикой, борьбой и стрельбой из различного оружия. Страстно любил охоту, но, думаю, не столько из-за возможности стрельбы по живым существам, сколько из-за того, что с охотой связано – природа, компании, долгие задушевные беседы у костра. Очень компанейский, веселый, общительный и прямой, он был хорошим товарищем и имел много друзей. Не терпел нечестности и недоброй хитрости. В школе его любили ученики и учителя, хотя он бывал заводилой многих проделок и доставлял иногда учителям мелкие неприятности (как-то в последний день занятий перед летними каникулами он встал на колени перед учительницей и пропел: «Последний день, учиться лень, и просим Вас не мучить нас!»). При всем этом Тимур был начитанным, образованным, и хорошо учился. Он любил литературу и живопись, интересовался историей, свободно владел немецким языком (у них с сестрой Таней в детстве была воспитательница – немка, и в доме Ворошилова жила в качестве члена семьи экономка, тоже немка, Лидия Ивановна, я ее хорошо помню). Тимур был очень увлекающимся и отчаянно смелым, до безрассудства. Кто-то из инструкторов в летной школе сказал ему, что при его бесшабашности он долго не пролетает: «Убьешься!» (После того как он, увлекшись пилотажем в зоне на У-2, снизился до очень малой высоты, за что сутки сидел на гауптвахте). .
Выжил / пропал без вести / погиб:погиб
Близкий:нет
Дата и время создания карточки:2012-11-22 21:56:43
Дата и время последнего изменения:2013-01-10 19:27:34
При использовании материалов сайта ссылка на www.pobeda1945.su обязательна.