Сайт открытый - регистрация необходима только при добавлении информации.

Авторизация
Логин (e-mail):

Пароль:

запомнить



Зарегистрироваться
Забыли пароль?


Организации
Приглашаем к сотрудничеству все организации, которые активно участвуют в сохранении памяти о Великой Отечественной войне. Компании, присоединившиеся к проекту
Статистика
112129
11286
6403
42460
2

Наши баннеры
Мы будем благодарны, если Вы разместите баннеры нашего портала на своем сайте.
Посмотреть наши баннеры







© 2009 Герасимук Д.П.
© 2009 ПОБЕДА 1945. Никто не забыт - Ничто не забыто!
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл № ФС77-36997


© Некоммерческое партнёрство "Историко-патриотичекий Клуб "ПатриоТ-34"
Свидетнльство о госрегистрации НО
Свидетельство о внесении записи в ЕГРЮЛ
Регистрация Поиск Фронтовика Поиск подразделения Помощь О проекте

Карточка Фронтовика

Коленда Вицентий Иванович



Пол:мужской
Дата рождения:0.0.1910
Место рождения:д. Гейбули (лит.Geibuliu, польск.Giejbule) Шумской волости Виленского уезда Виленской губернии Российской империи (ныне не сущ.в самоуправлении Кальвеляй Вильнюсского района Вильнюсского уезда Литвы)
Национальность:поляк
Должность:ком.отделения 8 пехотн.полка 3 пехотн.дивизии ВП
Звание:капрал

Попечитель:

Михаил Пыресин

Подразделения, в которых служил Фронтовик:

1 армейский пехотный корпус (2 формирования) (Польша)
1 армия Войска Польского (Польша)
1 Белорусский фронт (2 формирования)
1 пехотная Краснознаменная ордена Кутузова дивизия им. Т.Костюшко (Польша)
3 пехотная Померанская дивизия им. Р.Траугутта (Польша)
3 пехотная Померанская ордена Креста Грюнвальда II степени дивизия имени Ромуальда Траугутта (польск. 3 Pomorska Dywizja Piechoty im. Romualda Traugutta) Войска Польского
3 польская Поморская пехотная дивизия им. Траугутта
33 армия
8 пехотный Быдгощский полк 3 пехотной Померанской ордена «Крест Грюнвальда» II степени дивизии имени Ромуальда Траугутта Войска Польского
Западный фронт

Захоронение:

Польша (Polska), Западно-Поморское воеводство, Грыфинский повят город Хойна (польск. Chojna), улица Щециньска-Оджаньска
Дополнительная информация
Домашний адрес во время войны:деревня Гейбули Вильнюсского района Литовской ССР
Родственники во время войны:жена, сын Ян
Дата призыва:0.0.1943
Место призыва (военкомат):
Дополнительные сведения:Kolenda Wincenty (по советским документам Коленда Вицентий Иванович). Родился в 1910 году в деревне Гейбули (лит. Geibuliаi, польск. Giejbule) Шумской волости Виленского уезда Виленской губернии Российской империи (ныне не существует в старостве Кальвяляй Вильнюсского района Вильнюсского уезда на юго-востоке Литвы, восточнее Вильнюса, у границы с Белоруссией). Перед началом Великой Отечественной войны с женой и сыном Яном проживал в деревне Гейбули Вильнюсского уезда Литовской ССР. В 1943 году добровольно вступил в 1 польскую пехотную дивизию имени Тадеуша Костюшко (польск. 1 Polska Dywizja Piechoty im. Tadeusza Kościuszki). 6 мая 1943 года Государственный комитет обороны СССР издал постановление № 3294 «О формировании 1 польской пехотной дивизии имени Тадеуша Костюшко». Формирование дивизии началось 14 мая 1943 года в Селецких военных лагерях близ села Сельцы Рыбновского района Рязанской области. 1 польская пехотная дивизия формировалась активистами «Союза польских патриотов» из польских граждан и граждан СССР — поляков по происхождению. Командиром дивизии был назначен кадровый польский военный полковник Зыгмунт Хенрык Берлинг (польск. Zygmunt Henryk Berling). Он успел побывать в «армии Андерса» в качестве начальника военного лагеря, но уходить вместе с «андерсовцами» на Ближний Восток отказался. К 5 июля 1943 года в состав дивизии вошли около 14 400 солдат и офицеров. В связи с нехваткой технических кадров на первом этапе в состав дивизии были включены более 300 советских офицеров. В состав дивизии входили следующие воинские части и подразделения: • 1 польский пехотный полк; • 2 польский пехотный полк; • 3 польский пехотный полк; • 1 польский отдельный женский пехотный батальон имени Эмилии Плятер; • 1 польский полк лёгкой артиллерии; • отдельный истребительный противотанковый дивизион 45-мм орудий; • отдельный дивизион 120-мм миномётов; • отдельная разведывательная рота; • отдельная рота связи; • подразделения зенитной артиллерии; • части тыла. Одновременно началось формирование танкового полка, находившегося в оперативном подчинении 1 польской пехотной дивизии. Подразделения были вооружены советским оружием, СССР также предоставил боевую технику, снаряжение и отвечал за тыловое обеспечение польской дивизии. Обеспечение личного состава дивизии продуктами питания соответствовало нормам, установленным для советской гвардейской стрелковой дивизии. Личный состав был обмундирован в польскую военную форму образца 1939 года, но с собственными знаками различия. Дизайн пястовского орла для кокарды дивизии выбирали писательница Янина Броневская и искусствовед Павел Эттингер, и в конечном итоге в качестве эталона был утвержден орёл, высеченный в 1825 году в каменной нише с саркофагом Болеслава III в Плоцке. Обучение и боевая подготовка производились по уставам Красной Армии. 15 июля 1943 года, в годовщину исторической для поляков битвы при Грюнвальде, бойцы дивизии приняли воинскую присягу, в этот же день «Союз польских патриотов» вручил дивизии боевое знамя — красно-белое, с девизом «За вашу и нашу свободу!». 10 августа 1943 года началось развертывание 1 польского корпуса и открылась польская офицерская школа. В состав 1 польского корпуса, кроме 1 польской пехотной дивизии имени Тадеуша Костюшко, вошли 1 польский танковый полк имени Героев Вестерплатте и 1 истребительный авиаполк «Варшава». В этот же день командование присвоило Зыгмунту Берлингу звание генерала бригады и назначило его командующим польским корпусом. 1 сентября 1943 1 польская пехотная дивизия была отправлена на фронт, она поступила в оперативное подчинение 33 армии Западного фронта. В ходе Оршанской наступательной операции (12 октября — 2 декабря 1943 года) под посёлком Ленино Горецкого района Могилёвской области 12 октября 1943 года польские части приняли боевое крещение. Эта дата впоследствии стала в бывшей Польской Народной Республике национальным праздником - Днём Войска Польского. В двухдневных боях под Ленино 1 польская пехотная дивизия имени Тадеуша Костюшко, столкнувшись с хорошо вооруженным противником, потеряла убитыми, ранеными и пропавшими без вести до трети личного состава. При этом потери немцев убитыми и ранеными составили около 1500 человек, более 320 гитлеровцев взяли в плен. За операцию под Ленино польские военнослужащие были награждены 239 советскими и 247 польскими орденами и медалями. Три польских воина стали Героями Советского Союза — капитаны Юлиуш Хибнер и Владислав Высоцкий, а также рядовой Анеля Кживонь. Владислав Высоцкий и автоматчица 1 отдельного женского пехотного батальона имени Эмилии Плятер Анеля Кживонь удостоились высокой награды посмертно. В ходе боёв дивизия понесла существенные потери и была отведена в тыл для пополнения личным составом. Коленда Винцентий был назначен в 8 польский пехотный полк вновь формируемой 3 польской пехотной дивизии имени Ромуальда Траугутта 1 польского корпуса. 3 польская пехотная дивизия имени Ромуальда Траугутта была образована в январе 1944 года на основе распоряжения 1 польского корпуса № 95 от 27 декабря 1943 года. Формирование и подготовка частей и подразделений дивизии проводились в Селецких военных лагерях близ села Сельцы Рыбновского района Рязанской области. Польские части формировались по штатам, принятым в советских стрелковых частях, из польских граждан и граждан СССР преимущественно, но вовсе необязательно, поляков по происхождению. Обучение солдат проводилось по уставу РККА. Командиром дивизии был назначен бригадный генерал Станислав Галицкий. 6 марта 1944 года польские части на территории СССР были развёрнуты в 1 польскую армию. 3 польская пехотная дивизия 1 польского корпуса вошла в состав армии 16 марта 1944 года. 26 марта 1944 года в селе Летово Рыбновского района Рязанской области жолнежи (солдаты) дивизии принесли воинскую присягу. В июле 1944 года 3 польская пехотная дивизия имени Ромуальда Траугутта в составе 1 польской армии вошла в оперативное в подчинение 1 Белорусского фронта. 20 июля 1944 года части 3 польской пехотной дивизии по наведенным саперами мостам форсировали реку Западный Буг и вступили на территорию Польши в районе города Хелм Люблинского воеводства. Из книги Эугениуша Червиньского « Юность, опаленная войной» (http://fanread.ru/book/2023408/?page=01): «Гудит под солдатскими сапогами деревянный мост. Мы вступаем на родной берег. Перед нами белеют среди деревьев стены сельских хат. На обочине дороги стоит длинная колонна советских грузовых автомашин, которая ждет, пока мы перейдем мост. Это улыбающаяся регулировщица предоставила нам право первенства. Из ближайшего села, расположенного вдоль дороги, доносятся звуки военного оркестра - дивизионные трубачи играют марш для идущих на запад солдат траугуттовской дивизии. На сельской дороге становится все больше людей. Они приносят нам цветы, молоко, черешню. Женщины и даже мужчины сквозь слезы кричат: - Наши! Наши, польские войска! Столько лет мы вас ждали! На импровизированной трибуне стоит командир 3-й пехотной дивизии генерал Галицкий, окруженный толпой жителей окрестных сел. Он салютует марширующим солдатам. Дети бросают цветы. Кто-то из толпы провозглашает: - Да здравствует Войско Польское! Да здравствуют наши освободители! И так на всем пути по освобожденной родной земле. На улицах Хелма Любельского масса народа. Люди съехались, вероятно, из окрестных сел, чтобы посмотреть, как идут польские войска. Везде цветы и радостные лица - ведь настал день свободы! Город принял праздничный вид. На окнах, на балконах, на каждом доме развеваются бело-красные флаги. Люди обнимают друг друга, целуются, у многих на глазах блестят слезы счастья. Каждый из нас тонет в море цветов. Мы уже не знаем, куда их девать, а к нам беспрерывно кто-то подбегает, вручает новый букет, обнимает, гладит оружие, мундир, целует...» 21 июля 1944 года 1 польская армия была объединена с партизанской Армией Людовой в единое Войско Польское. Походным маршем части дивизии, под налетами вражеской авиации, через города Люблин и Рыки Люблинского воеводства совершили переход и к 28 июля вышли на рубеж реки Висла. Боевое крещение дивизия приняла в августе 1944 года на Варецко-Магнушевском плацдарме на левом берегу реки Вислы, захваченном 1 августа 1944 года войсками 8 гвардейской армии 1 Белорусского фронта. Немецкое командование 5 -13 августа предприняло контрудары по советским войскам силами двух танковых и одной пехотных дивизий, поддержанных авиацией (до 600 самолёто-вылетов в сутки). Для усиления 8 гвардейской армии командование фронта 6 августа 1944 года переправило на плацдарм 16 танковый корпус 2 танковой армии, 3 пехотную дивизию и 1 танковую бригаду 1 армии Войска Польского. Переправившись через Вислу на понтонах, 3 польская пехотная дивизия заняла оборону, сменив советские части, по восточному берегу реки Пилица от места ее впадения в Вислу до деревни Закшев нынешней гмины Грабув-над-Пилицей Козеницкого повята Мазовецкого воеводства. 8 пехотный полк оборонял участок в первом эшелоне дивизии на левом фланге от деревни Загробы гмины Магнушев Козеницкого повята до деревни Закшев. Контрудары противника были отражены с большими для него потерями. Из воспоминаний Маршала Советского Союза В.И.Чуйко, в то время командовавшего 8 гвардейской армией, «Конец третьего рейха», издательство « Советская Россия», 1973 год, стр. 70: «…Отважно сражались за Магнушевский плацдарм на его правом фланге воины 3 пехотной дивизии Войска Польского… На их долю выпала тяжелая задача. Они обороняли участок Залесский, Закшев, который почему-то особенно облюбовала фашистская авиация. «Юнкерсы» без конца пикировали на боевые порядки полков. Только за одно утро здесь было зафиксировано более 400 самолетовылетов. После массированного удара авиации в наступление пошли немецкие танки и пехота. В этом бою погибли многие польские товарищи. Но дивизия не дрогнула и отбила все атаки». 14 августа 1944 года 8 гвардейская армия перешла в наступление. В середине августа для поддержки её действий на Магнушевский плацдарм были переправлены главные силы 1 армии Войска Польского, которые совместно с советскими войсками должны были овладеть Варшавой, но возросшее сопротивление противника и недостаток сил у 1 Белорусского фронта не позволили осуществить этот замысел. Советские и польские войска перешли к обороне. В ночь на 12 сентября части 3 польской пехотной дивизии передали оборону советским частям и по одному из понтонных мостов были выведены с Пулавского плацдарма на правый берег Вислы. Совершив марш, части дивизии заняли позиции в микрорайоне Гоцлавек крепости Прага в предместье Варшавы на правом, восточном берегу Вислы, освобожденной 14 сентября 1944 года войсками 1 Белорусского фронта в период боевых действий по удержанию и расширению захваченных на реке Висла плацдармов в районах Магнушева и Пулавы. В боях за Прагу в составе 125 стрелкового корпуса 47 армии принимала участие 1 польская пехотная дивизия имени Тадеуша Костюшко. Непосредственно после завершения боёв в районе Праги части 1 армии Войска Польского предприняли попытку переправиться на западный берег Вислы, чтобы оказать помощь участникам Варшавского восстания (1 августа - 2 октября 1944 года), организованного командованием Армии Крайовой и представительством польского лондонского правительства в изгнании. В ночь с 15 на 16 сентября 1944 года в районе Саска Кемпа (ныне микрорайон района Прага Полудне на восточном берегу Вислы) началась переправа первого батальона 9 пехотного полка 3 пехотной дивизии Войска Польского (420 военнослужащих, помимо стрелкового оружия имевших на вооружении два 45-мм орудия, 14 станковых пулемётов, 16 противотанковых ружей и 12 гранатомётов). Переправа проходила под непрерывным огнём артиллерии противника, однако 19 понтонов НЛП совершили 22 рейса. Немцы целый день обстреливали плацдарм из автоматического оружия. Несколько раз польские десантники отбивали атаки танков и самоходных орудий, но им катастрофически не хватало противотанковых пушек и ружей. В ночь с 16 на 17 сентября 1944 года за семь часов на западный берег в район южного предместья Варшавы Чернякув были переправлены свыше 1300 бойцов из 7 и 19 пехотных полков Войска Польского, три артиллерийских орудия, 35 пулемётов. Под артиллерийским огнём 23 понтона НЛП и два 10-тонных парома совершили 71 рейс. Немцы сумели определить, что на плацдарм прибыли свежие силы, и не давали ни минуты покоя - минометный огонь велся беспрерывно. В ночь с 17 на 18 сентября 1944 года в течение трёх часов продолжалась переправа на западный берег подразделений 8 пехотного полка 3 пехотной дивизии Войска Польского. На восточный берег было эвакуировано более 100 раненых. Всего под артиллерийским огнём противника было совершено 8 рейсов. В переправе участвовали польские сапёрные части (17 понтонов НЛП, 30 лодок ДСЛ и три 10-тонных парома), а также советский батальон автомобилей-амфибий (15 автомашин-амфибий). Уверенные в прочности двадцатисантиметровой брони "фердинандов", немцы подошли вплотную к мосту Понятовского и отсюда обстреливали плацдарм и пражский берег. А когда ниже моста переправлялись подразделения 8 пехотного полка, немцам удалось поразить несколько понтонов с войсками. В ночь с 18 на 19 сентября 1944 года в переправе участвовали три понтона НЛП, шесть лодок ДСЛ и 15 лодок СДЛ, которые совершили 12 рейсов под артиллерийским огнём противника. На западный берег Вислы были доставлены 20 тонн боеприпасов и три 45-мм противотанковых орудия. Вечером 19 сентября 1944 года была предпринята попытка переправы на новом участке в районе между железнодорожным мостом и мостом Понятовского. Под огнём противника на западный берег были переправлены два пехотных батальона, одна миномётная рота, одна рота автоматчиков, полурота ПТР и 15 45-мм противотанковых орудий. 20 сентября 1944 года десантная операция была прекращена, поскольку были утрачены все 48 автомобилей-амфибий и практически все имевшиеся в распоряжении понтоны. Снабжение частей, находившихся на левом берегу Вислы и эвакуация раненых продолжались с использованием лодок до 23 сентября (было доставлено 460 ящиков боеприпасов и 10 тонн продовольствия). К 23 сентября 1944 года гитлеровцы вытеснили десант к берегу Вислы. Ночью 23 сентября была произведена эвакуация переправленных частей Войска Польского, а также группы присоединившихся к ним повстанцев. Некоторые десантники переправились на восточный берег самостоятельно вплавь и на подручных средствах. Операция окончилась неуспехом. В ходе операции общие потери Войска Польского составили 3764 солдат и офицеров, в том числе 1987 человек убитыми и пропавшими без вести на западном берегу Вислы (из них 1921 военнослужащих 3 пехотной дивизии Войска Польского), потери ранеными составили 289 военнослужащих. 27 сентября немцы перешли в решающее наступление на повстанческие районы, а 2 октября 1944 года восстание было полностью подавлено. По окончании десантной операции по оказании помощи Варшавскому восстанию 8 польский пехотный полк находившейся во втором эшелоне 3 пехотной дивизии имени Ромуальда Траугутта дислоцировался в местечке Зомбки под Варшавой (с 1967 года город в Воломинским повяте Варшавского, ныне Мазовецкого воеводства Польши). 1 ноября 1944 года командиром дивизии был назначен гвардии полковник Зайковский Станислав Станиславович, под командованием которого дивизия сражалась до окончания войны. В ноябре 1944 года 3 пехотная дивизия была переведена в первый эшелон. 8 польский пехотный полк, сменив части 1 пехотного полка, занял оборону в районе Свидры, Нове-Хенрыкув на севере правобережного района Варшавы Прага. Передний край проходил вдоль дамбы по правому берегу Вислы. Из левобережного района Варшавы Бураков гитлеровцы методично вели артиллерийский огонь по позициям полка. Во второй половине декабря 1944 года 8 польский пехотный полк был выведен во второй эшелон. Подразделения полка заняли район, в который входило более десятка домов, расположенных примерно в двух километрах севернее Хенрыкува. В ходе подготовки к предстоящим наступательным боям ежедневно проводились учения: отрабатывались действия ударных групп в большом городе, разведгруппы вскрывали обстановку на левом берегу Вислы, занятом немцами. В ночь на 6 января 1945 года 8 пехотный полк, передав свой участок обороны частям 1 пехотной дивизии, перебазировался в микрорайон на юго-востоке дзельницы Прага-Полудне в Варшаве на восточном берегу Вислы. Здесь почти в течение недели части 3 пехотной дивизии пополнялись всем необходимым для готовящегося большого наступления. Принимая участие в Варшавско-Познанской наступательной операции 1 Белорусского фронта (14 января - 3 февраля 1945 года) - составной части стратегической Висло-Одерской наступательной операции (12 января - 3 февраля 1945 года), 3 пехотная дивизия имени Ромуальда Траугутта, наряду с 1 и 4 пехотными дивизиями, танковой, гаубичной, двумя тяжелыми артиллерийскими бригадами и минометным полком, поддерживаемыми 4 польской смешанной авиационной дивизией, входила в главную ударную группировку 1 армии Войска Польского, на которую возлагалась задача форсировать Вислу южнее Варшавы на участке Гура-Кальвария, Крулевски-Ляс, наступать в общем северо-западном направлении на Пясечно, Пястув, а в дальнейшем, взаимодействуя со 2 пехотной дивизией, окружить и уничтожить противника в Варшаве. Введение в сражение главной группировки армии предусматривалось на четвертый день наступления войск 1 Белорусского фронта. Всего в разработанном польским командованием плане предусматривалось пять этапов операции: первый — перегруппировка войск; второй — форсирование Вислы и выход в исходное положение; третий — наступление ударной группировки в северо-западном направлении и овладение рубежом Езёрна, Крулевски-Ляс, Пясечно; четвертый — завершение окружения гитлеровцев в городе и пятый — полное освобождение Варшавы. На все бои отводилось восемь дней, в том числе на осуществление первого этапа — четыре дня. Варшавско-Познанская наступательная операция началась 14 января 1945 года внезапной атакой передовых частей 1 Белорусского фронта с Магнушевского и Пулавского плацдармов на фронте свыше 100 км. К 16 января советские войска, наступавшие севернее и южнее Варшавы, вышли в тыл варшавской группировке противника и, продолжая стремительно продвигаться вперед, перерезали дороги, ведущие из Варшавы на запад, северо-запад и юго-запад. Оборона врага была дезорганизована: гитлеровцам грозило полное окружение. Около двух часов дня 16 января получила приказ перейти в наступление 1 армия Войска Польского. 3 пехотная дивизия имени Ромуальда Траугутта, совершив ночной марш в направлении населенного пункта Колбель нынешнего Отвоцкого повята Мазовецкого воеводства, 16 января 1945 года по льду форсировала Вислу в районе города Гура-Кальвария нынешнего Пясечинского повята Мазовецкого воеводства. К исходу 16 января части дивизии, наступавшей на главном направлении, вышли на рубеж Езёрна, Пясечно и продолжали с боями двигаться к Варшаве. 17 января 1945 года бойцы 3 пехотной дивизии и 1 танковой бригады 1 армии Войска Польского очищали от фашистских вояк южную окраину города. Танки с пехотинцами на броне прорвались в направлении Главного вокзала. Ориентиром им служил остов сгоревшего семнадцатиэтажного здания — варшавского небоскреба. Скелет его с уцелевшим на верхушке флагом со свастикой высился над разбитой Варшавой. Сбросив вражеский флаг, польские солдаты водрузили на его место двухцветное знамя народной Польши. Обойденная с двух сторон советскими войсками, сомкнувшими кольцо окружения в Сохачеве, расчлененная затем ударами польских частей группировка фашистов в Варшаве терпела поражение в уличных боях. Многие гитлеровцы, видя безнадежность сопротивления, удирали из города, другие продолжали драться с отчаянием обреченных, иные сдавались в плен. 17 января 1945 года в 15 часов Варшава была полностью освобождена от гитлеровцев. Войскам, участвовавшим в боях за освобождение Варшавы, приказом ВГК от 17 января 1945 года объявлена благодарность и в Москве был дан салют 24 артиллерийскими залпами из 324 орудий. 18 января 1945 года на Маршалковской улице Варшавы командир 3 пехотной дивизии имени Ромуальда Траугутта полковник Станислав Зайковский принял парад своих полков. С 19 января 1945 года 1 Армия Войска Польского продвигалась вдоль левого берега Вислы в северном направлении, прикрывая частью сил (3 и 6 пехотные дивизии) стык между 1 и 2 Белорусскими фронтами. Погода не благоприятствовала маршу: вновь резко похолодало, сильные ветры крутили метели, нагромождавшие снежные заносы на дорогах. Войска должны были проходить за сутки по 30–40, а то и по 60 километров. Транспорта не хватало, и солдаты передвигались пешим порядком, то и дело вытаскивая из сугробов застрявшие пушки и автомобили. Люди страшно уставали, мерзли, но не унывали. Наоборот, настроение у всех было бодрое. 23 января части 2 гвардейской танковой армии и 2 гвардейского кавалерийского корпуса 1 Белорусского фронта совершили смелый обходный маневр, отрезав часть вражеских сил в городе Быдгоще(нем. Бромберг) - административном центре нынешнего Куявско-Поморского воеводства Польши. Однако противник приспособил для обороны каменные дома, штурм которых затруднялся из-за отсутствия отставшей артиллерии. Тогда для очистки советское командование выделило из состава 47 армии 75 стрелковую дивизию. К этому времени к городу подошли и польские части. В Быдгощ ворвались передовой отряд 1 польской танковой бригады и бойцы 8 пехотного полка 3 польской пехотной дивизии. Польские воины, тесно взаимодействуя с советскими стрелками, повели бой на улицах города. По сигналу советских командиров польские танки подавляли огневые точки, мешавшие продвижению. Затем пехота двух братских армий совместно уничтожала вражеских солдат штыком и гранатой. Особенно упорный бой шел за городскую тюрьму. Охрана ее состояла из двух рот эсэсовцев. Их станковые, ручные пулеметы и минометы были укрыты за толстыми стенами, и вся площадь перед тюрьмой простреливалась. Несколько попыток овладеть зданием окончились неудачей. Тогда командир 1 польской танковой бригады полковник Александр Малютин, согласовав свои действия с командиром 93 советского стрелкового полка, выдвинул к тюрьме две тридцатьчетверки. Танкисты огнем из орудий пробили брешь в каменной ограде. Советские и польские солдаты устремились на штурм тюрьмы и уничтожили в ней всех эсэсовцев. Сбив прикладами замки, они освободили несколько сот заключенных, ждавших с часа на час мученической смерти от рук гитлеровцев. Переправившись по уцелевшему мосту через реку Брда , одна колонна 8 пехотного полка продвигалась по улице Снядецких в направлении железнодорожного виадука, другая - по Гданьской. На железнодорожных путях велся бой за казармы, а затем за улицу Людвиково. Немцы пытались контратаковать. Под прикрытием огня полковой артиллерии и минометов пехотные подразделения ворвались на территорию казарм. Поняв, что сопротивление бесполезно, немцы сдались. К исходу 23 января 1945 года Быдгощ — старинный польский город — был полностью освобожден от немцев. Благодаря обходному маневру советских войск, он хорошо сохранился, если не считать десятка разрушенных домов и взорванного моста на реке Брда. Советские и польские войска в боях за город уничтожили около 400 вражеских солдат и офицеров и захватили гораздо большее число пленных. Войскам, участвовавшим в боях за освобождение Быдгоща, приказом ВГК от 23 января 1945 года объявлена благодарность и в Москве был дан салют 20 артиллерийскими залпами из 224 орудий. 8 польский пехотный полк подполковника Карасевича Контстанты, среди других наиболее отличившихся польских и советских частей удостоен почетного наименования «Быдгощский». От Быдгоща началось преследование отступающих немецких войск частями 3 пехотной дивизии в направлении Жолендово - Магдаленка - Короново Быдгощского повята. Отступающий противник отчаянно сопротивлялся. В ожесточенном бою в районе населенного пункта Людвигсфельде (ныне Пыщин гмины Добрч Быдгощского повята) в 15 км к северу от Быдгоща 27 января 1945 года погибли и числятся пропавшими без вести (на самом деле большинство из пропавших погибли) 41 военнослужащий 3 пехотной дивизии имени Ромуальда Траугутта. В книге воспоминаний "Юность, опаленная войной" бывший капрал 8 пехотного Быдгощского полка Эугениуш Чарвиньский 3 пехотной дивизии ярко описал этот бой: " Наш передовой разведывательный дозор продвигается вдоль лесной просеки. Вдруг откуда-то доносится рев мотора, работающего на больших оборотах. Останавливаемся на минуту, прислушиваемся и крадучись подбираемся к опушке. Там буксуют две немецкие грузовые автомашины - они никак не могут взобраться на пригорок. Солдаты подкладывают под колеса сломанные ветки, изо всех сил подталкивают автомашины, однако это не помогает. Колеса упорно крутятся на одном месте. Короткими перебежками добираемся до ближайших кустов, а затем по команде хорунжего Рыхерта открываем огонь из автоматов. Несколько немецких солдат падают, сраженные метким огнем, остальные в панике разбегаются. Один грузовик сразу загорелся... Позади нас на фоне леса догорает автомашина, а впереди уже видны кирпичные дома поселка, разбросанного по обеим сторонам дороги. На первый взгляд поселок кажется совершенно вымершим - нигде ни огонька, ни дымочка. И вдруг тишину разрывает неистовый лай вражеских пулеметов. Падают, сраженные смертельными очередями, старший сержант Казимеж Добротливы, капрал Юзеф Баран, рядовые Юзеф Косидло и Юзеф Пончек и еще несколько наших бойцов . Уткнувшись в снег, мы отвечаем короткими, но меткими очередями. Целями служат озаряемые яркими вспышками огня окна домов. Сзади слышен топот - это спешат нам на выручку бойцы нашего батальона. Первыми прибыли артиллеристы противотанкового взвода под командованием подпоручника Хенриха Хаузера. Быстро, как па показательных учениях, они отцепляют пушки, развертывают их и с расстояния в несколько десятков метров открывают огонь по засевшим в домах гитлеровцам. Спустя минуту откуда-то справа к ним присоединяются пулеметы. Длинными очередями они пытаются подавить немецкие огневые точки. На рубеж, занятый нашим взводом, выдвигаются бойцы пятой пехотной роты. Впереди с пистолетом в руке бежит командир роты хорунжий Миколай Смирницкий. Наш натиск возрастает. Пользуясь темнотой, немцы пытаются скрыться. Преследуя их, мы выходим к железнодорожным путям, врываемся в будку путевого обходчика. Перепуганный железнодорожник, не говоря ни слова, поднимает вверх руки. Немного согревшись возле раскаленной докрасна печки, отправляемся дальше. Трудно ориентироваться в ночной темноте, очень мешает рыхлый глубокий снег, да и усталость начинает сказываться. Настроение у всех подавленное - столько боевых друзей потеряли... Неожиданно дорогу освещают автомобильные фары. С каждой секундой свет фар приближается к нам, и вот мы уже купаемся в его ослепительно ярких лучах. Поравнявшись с нами, водитель выключает свет и открывает дверцу "виллиса". Оттуда доносится раздраженный голос командира 8 пехотного полка подполковника Константы Карасевича: - Командир, ко мне! В тишине морозной ночи хорошо слышно, как он отчитывает хорунжего за то, что мы сбились с дороги. Тем временем нас догоняют роты второго батальона. Подъезжают артиллеристы, которые недавно выручили нас. На заснеженной проселочной дороге сразу становится тесно и многолюдно. Автомашина разворачивается, а наш передовой разведывательный дозор вместе с авангардом полка шагает дальше на запад". В тот же вечер 27 января 1945 года в районе деревни Карчемка нынешней гмины Добрч Быдгощского повята Куявско-Поморского воеводства передовые подразделения 8 пехотного полка 3 пехотной дивизии имени Ромуальда Траугутта 1 польского армейского корпуса 1 армии Войска Польского 1 Белорусского фронта встретились с передовыми танковыми частями 2 Белорусского фронта. После приведения в порядок техники и вооружения, пополнения боеприпасов 29 января 1945 года, задолго до рассвета, полки дивизии продолжили марш на запад. Преодолевая сопротивление арьергардных частей противника, в течение двух последующих дней полки дивизии оставили позади города Короново нынешнего Быдгощского повята и Цемпельбург (ныне Семпульно-Краеньске Куявско-Поморского воеводства Польши) и вечером 31 января 1945 года вступили в деревню Липка нынешнего Злотувского повята Великопольского воеводства. Дальше на северо-запад простирается земля, которой до 1939 года владели немцы. 1 февраля 1945 года 8 пехотный полк 3 пехотной дивизии вступил в город Флатов (ныне Злотув Великопольского воеводства). К началу февраля 1945 года советскими войсками в Курляндии и Восточной Пруссии были окружены и уничтожались две крупные группировки немцев. Командование противника продолжало удерживать в своих руках побережье Балтийского моря в Восточной Померании, вследствие чего между армиями 1 Белорусского фронта, вышедшими на реку Одер, и войсками 2 Белорусского фронта, основные силы которого вели бои в Восточной Пруссии, в начале февраля 1945 года образовался разрыв протяженностью около 150 км. Эту полосу местности занимали ограниченные силы советских войск. Немецкое командование приступило к развёртыванию в Восточной Померании части сил группы армий «Висла» с задачей нанести удар по правому крылу 1 Белорусского фронта, разгромить его войска в районе города Кюстрина (ныне Костшин-над-Одрой Любушского воеводства Польши) и сорвать подготовку советского наступления на Берлин. Узнав о сосредоточении немецких сил в Восточной Померании, Советское Верховное Главнокомандование приняло решение разгромить восточно-померанскую группировку, очистить от противника побережье Балтийского моря от устья Вислы до Одера. Чтобы выполнить эту основную задачу войскам предстояло преодолеть основную линию обороны немцев в Померании —так называемый «Померанский, или Поморский вал», построенный на польско-германской границе в 1933 году, и проходящий от района Штольпмюнде (ныне город Устка Слупского повята Поморского воеводства) на Балтийском побережье до рек Варта и Одер по рубежу: Штольп (ныне Слупск), Руммельсбург (ныне Мястко) в нынешнем Поморском воеводстве, Нойштеттин (ныне Щецинек) в нынешнем Западно-Поморском воеводстве, Шнайдемюль (ныне Пила) в нынешнем Великопольском воеводстве . Основой померанских укреплений являлись железобетонные сооружения — доты, капониры и полукапониры, прикрытые сооружения полевого типа, многочисленными минными полями, надолбами, противотанковыми рвами, заполненными водой, сетью проволочных заграждений. Города Штольп, Руммельсбург, Дейч-Кроне (ныне Валч Западно-Поморского воеводства), Шнайдемюль, Нойштеттин являлись ключевыми опорными пунктами Померанского вала, фактически — городами-крепостями. В районе побережья, в районах Леба, Рюгенвальдемюнде (ныне Дарлувко), Штольпмюнде и Кольберга (ныне Колобжег) были оборудованы артиллерийские позиции для тяжелой артиллерии. Вал имел три полосы обороны: первая - полоса прикрытия, вторая — главная — проходила по рубежу Дудыляны, западнее Надажице, по западным берегам озер Добре, Здбично, Смольно, Любянка и далее охватывала полукольцом город Валч. Третья полоса — отсечная позиция — протянулась на запад от Надажице через Иловец, Сверчину, затем поворачивала на юг к Жабину, Боруйско и Лович Валецки. Расположение ее было весьма удачным и для нанесения контрудара в южном направлении, и для обороны Колобжега и Щецина. Полоса прикрытия Померанского вала и его отсечная позиция появились лишь в конце 1944 — начале 1945 года, когда советские войска стали приближаться к границам фашистской Германии. 3 пехотная дивизия имени Ромуальда Траугутта прорывала полосу прикрытия Поморского Вала 2 февраля 1945 года в районе города Ястрове нынешнего Злотувского повята Великопольского воеводства Польши. 4 рота 8 пехотного Быдгощского полка с боем захватила мост через реку Гвда на шоссе (рядом с разрушенным железнодорожным мостом) близ деревни Пецево нынешней гмины Тарнувка Злотувского повята Великопольского воеводства, по которому части 3 пехотной дивизии форсировали водную преграду и развернули наступление на город Ястрове. Из книги воспоминаний Эугениуша Чарвиньского "Юность, опаленная войной" : " Пулеметный и автоматный огонь усиливается. Из-за поворота выскакивают мчащиеся галопом лошади с орудиями полковой батареи. На передке одного из орудий сидит ее командир подпоручник Тадеуш Бембинек. - Быстрее! Быстрее! - покрикивает он. Батарея исчезает за следующим поворотом, а мы выходим на небольшую поляну. Здесь суетятся, занимая огневые позиции, минометчики хорунжего Ларисы Крупич и капрала Людвика Доды. Установив минометы, расчеты застыли в ожидании команды. Прибавляем шагу и углубляемся в лес, что чуть правее дороги. Идем в направлении, куда промчалась батарея, куда утром ушли трое наших разведчиков, откуда доносится сейчас треск пулеметов... Наконец выходим к поросшей кустами можжевельника опушке леса. Наши бойцы ведут отсюда огонь по противнику... Немцы отвечают ураганным огнем. До моста не более пятидесяти метров, но преодолеть это расстояние почти невозможно. Двое смельчаков, попытавшихся с ходу достигнуть моста, навсегда легли возле дороги... - Я бы пробился к тому берегу этом проклятой реки, если бы остатки железнодорожного моста не рухнули совсем и не придавили более десятка моих бойцов,- говорит командир пятой роты. - Надо захватить уцелевший мост,- предлагает Скренткович (хорунжий Скренткович Збигнев - командир 4 пехотной роты 2 батальона 8 пехотного полка). - Без артиллерии фрицев из окопов не вышибешь,- вмешивается хорунжий Рыхерт (Рыхерт Ежи - командир взвода разведки 4 пехотной роты 2 батальона 8 пехотного полка). - А я все-таки попытаюсь,- решает командир четвертой роты, вылезает из рва, подбегает к залегшей цепи своих бойцов и командует: - Четвертая рота, перебежками - за мной! Солдаты вскакивают и, согнувшись, выбегают из леса. На наступающих обрушивается сильный пулеметный и минометный заградительный огонь. Они отползают назад, к опушке леса. Одному из них оторвало челюсть, и он бежит, держась руками за лицо. Между пальцами хлещет кровь. "Бум-бум!" - бьют по гитлеровской обороне наши полковушки. Первый этаж здания за рекой окутан дымом. Хорунжий Хеша ракетницей указывает артиллеристам цели. - Пора поднимать бойцов в атаку,- решают офицеры и разбегаются по своим подразделениям. - Вперед, ребята! - кричит хорунжий Скренткович и первым бросается к мосту. Вижу, как у его ног взлетают фонтанчики снега - это немцы стреляют из отдаленного красного здания. Не обращая внимания на огонь, за Скрентковичем бегут подпоручник Шеремета, хорунжий Рыхерт, капрал Сойка и я. За нами слышен топот солдатских сапог. Первым к мосту подбегает Скренткович. Справа яростно изрыгает огонь немецкий пулемет, однако, к счастью для нас, наводчик плохо целится, и пули пролетают над нашими головами. Мост уже позади. Вместе с Сойкой спрыгиваем в немецкий окоп, расположенный рядом с кустами. Натыкаемся на брошенный гитлеровцами пулемет, возле которого стоят несколько коробок с пулеметными лентами. На дне окопа лежат трупы гитлеровского пулеметного расчета... Готовим пулемет к бою и видим, как группа наших бойцов во главе с офицерами достигла кирпичного здания, из которого только что стреляли немцы. Хорунжий Рыхерт бросает в окно несколько гранат. Из-за сарая выскакивают двое немцев с пулеметами и устремляются в сторону близлежащего леса. "Это как раз для меня",- будто что-то кольнуло в мозгу, и я склоняюсь над трофейным пулеметом. Прицеливаюсь, нажимаю гашетку... Даю длинную очередь. Тот, который бежал с пулеметом, будто неожиданно наткнувшись на что-то, падает, а другой все-таки исчезает в лесу. Сойка вылезает из окопа и устремляется за вторым трофейным пулеметом. А немцы в кирпичном здании еще продолжают обороняться. Наши бойцы из расположенного посередине двора погреба пытаются обстрелять их фаустпатронами. В стенах дома появляются большие рваные отверстия. На плацдарм уже перебрались четвертая и пятая пехотные роты, а по мосту бежит вторая рота автоматчиков во главе с поручником Анджеем Чупой... Сержант Багиньский устанавливает свои "максимы" на возвышенности, господствующей над дорогой, ведущей в Яструв. Пулеметчики хорунжего Миколая Беднарчука влетают в прилегающий к кирпичному дому сад и занимают огневые позиции. - За Варшаву... огонь! - звучит зычный голос Миколая и тонет в грохоте пулеметов... Справа от меня торопит солдат хорунжий Игнацы Конопка из второй минометной роты. В это время подбегают с винтовками наперевес минометчики Ларисы. Хорунжий Конопка оборачивается и, увидев командира взвода из своей роты, которая ищет место, где бы установить миномет, показывает: - Лариса, вон там... Из длинного красного здания, стоящего у реки, доносится отрывистая пулеметная очередь. Конопка хватается за грудь, сгибается и падает. Лариса подбегает к раненому, гладит его по щеке и повторяет: - Игнацы, Игнацы, ты должен жить... А хорунжий Конопка, захлебываясь кровью, с трудом выдавливает из себя: - Со... об... щи... обо всем... же... не... Еще мгновение - и он неподвижно вытягивается на снегу. Обнажив голову, девушка плачет, а ветер безжалостно развевает ее волосы и полы шинели. Она надевает конфедератку, затыкает за пояс полы шинели и в надвигающихся сумерках бегом догоняет взвод. Спустя некоторое время мы входим в отбитое у немцев кирпичное здание. Сразу же за дверью натыкаемся на труп в немецкой летной форме. Повсюду расположились наши бойцы. Окна завешены плащ-палатками, весело гудит огонь в печи... Делимся впечатлениями о первой победе, одержанной на этих землях. Вскоре из батальона нам доставляют консервы и трофейные галеты. Впервые за сегодняшний день можно хорошо поесть. Некоторые сушат промокшую одежду, другие укладываются спать... ... Просыпаюсь от неистового грохота орудий. За окном яростно строчат пулеметы и автоматы, в комнате стоит невообразимый шум и гам. Их заглушает зычный голос сержанта Анджея Гжещака (примечание: сержант Гжещак Анджей - пулеметный взвод 4 роты 2 батальона 8 пехотного полка): - Сюда прорвались две роты немецких автоматчиков с танками! По окопам! Бойцов словно ветром сдуло. Запихиваю портянки в карман, хватаю пулемет и ... выбегаю из дома. В окопах полно наших бойцов. Из глубины леса доносится ожесточенная стрельба. По дороге к реке бегут автоматчики... Устанавливаю свой пулемет у поваленной сосны и не спускаю глаз с окутанного туманом шоссе, по которому ночью проехала автомашина. Оттуда еще доносятся голоса наших бойцов. Стрельба понемногу стихает. Танков пока не видно и не слышно, лишь изредка грохочут орудия, и снаряды, едва не задевая верхушки сосен, разрываются вдали за рекой. - Не так быстро, я уже больше не могу,- доносится с шоссе чей-то голос. Смотрю в ту сторону, и только спустя некоторое время из тумана появляются четверо наших бойцов. Они несут убитого хорунжего Эугениуша Петрусевича из роты автоматчиков... Стрельба прекращается. Устраиваемся поудобнее и продолжаем внимательно наблюдать за шоссе... Притаившись, ждем появления противника. Время тянется невообразимо медленно. Одежда от мокрого снега становится совсем влажной... Вот из густой пелены тумана вынырнула какая-то темная фигура. Спустя мгновение она приобретает облик вооруженного гитлеровца. За первым фашистом появляется второй, третий... Идут шеренгой по придорожному рву. - Огонь! - кричит командир пулеметного взвода. Нажимаю на гашетку и слышу, как захлебывается в ярости мой пулемет ... как трещат автоматы. Вот один немец рухнул на колени и выпустил из рук винтовку, за ним падают другие. - Назад! Назад! - вопит кто-то невидимый в тумане. Мы устремляемся вперед, туда, откуда доносится голос, призывающий немцев к отступлению... Началось преследование противника... И вот мы шагаем впереди, в авангарде полка. Разговор все время идет о недавнем бое, о погибших и об отличившихся в этой схватке... Впереди нас внимательно обследуют местность дозорные, поэтому мы чувствуем себя в относительной безопасности и с любопытством разглядываем места, где совсем недавно шел бой. Вот рядом с шоссе лежат пять убитых немцев, а невдалеке, в придорожном рву, нашли свою могилу еще девять гитлеровцев. Их, должно быть, накрыл наш кинжальный огонь. А вот распластались еще трое фашистов. И... неожиданно натыкаемся на "додж", перевернутый вверх колесами. Возле пего несколько убитых офицеров в польской форме... Хорунжий Рыхерт отдает честь погибшим, около него застываем в глубоком молчании и мы. Выходим из леса. Отсюда до Яструва рукой подать. Прибавляем шагу, ведь за нами чуть ли не по пятам движется авангард полка. Ранним утром 3 февраля город Ястрове был освобожден от гитлеровцев. В городе встречаем бойцов 4 дивизии, которые вошли в него с другой стороны". В боях по прорыву обороны противника в предполье Поморского вала погибли 38 воинов 3 пехотной дивизии имени Ромуальда Траугутта. Большинство из них были похоронены у шоссе на западной окраине города Ястрове. В 1949 году останки воинов Красной Армии и Войска Польского, погибших в боях при прорыве Поморского вала и умерших от ран и болезней, были эксгумированы и перезахоронены в 2 индивидуальные и 22 братские могилы на воинском кладбище на аллее Здобывцув Валу Поморскего в городе Валч (Буковина) Пильского (ныне Западно-Поморского) воеводства Польши. В 1956 году на месте этого воинского кладбища создан мемориал, в 43 братских могилах которого, покоятся более 4390 польских и 1638 советских воинов, имена 524 из них известны, остальные покоятся безымянными. После взятия Ястрова 3 пехотная дивизия наступала во втором эшелоне в направлении Сыпнево нынешней гмины Ястрове Злотувского повята Великопольского воеводства. Бои за главную полосу обороны Поморского вала начались 5 февраля 1945 года. В первом эшелоне наступали 4 и 6 пехотные дивизии, во втором эшелоне — 1 и 3 пехотные дивизии, 1 кавалерийская бригада. 6 февраля 3 пехотная дивизия была выдвинута на правый фланг 1 польской армии, в район деревни Ной Циппнов (ныне Сыпневко гмины Ястрове Злотувского повята Великопольского воеводства, для отражения возможных контратак противника с севера. В полосе наступления армии у противника появились в это время свежие резервы. В районе населенного пункта Хаугсдорф (ныне Иловец) поляки захватили пленных из бригады СС «Шейдер», а юго-восточнее Нойгольц (ныне Добжица - оба населенных пункта в настоящее время в гмине Валч Валецкого повята Западно-Поморского воеводства)— солдат из пехотного полка «Дейч Кроне», входившего в состав дивизии «Меркиш Фридлянд». Пленные утверждали, что ожидается прибытие и других частей, в том числе пехотного полка из дивизии «Бервальде». Обстановка требовала усилить нажим там, где обозначился наибольший успех. Командование 1 польской армии решило произвести некоторую перегруппировку сил. На правом фланге 18 полк 6 дивизии, понесший немалые потери при овладении населенным пунктом Редериц (ныне Надажице гмины Ястрове Злотувского повята Великопольского воеводства), сменила 3 пехотная дивизия. Ей предстояло повторить попытку прорыва немецких укреплении юго-западнее Редериц (Надажице). С утра 7 февраля 1945 года разгорелись упорные бои, которые продолжались и весь следующий день. 8 февраля 1945 года на участке от Редериц (Надажице) до города Дойч-Кроне (ныне город Валч Западно-Поморского воеводства) 1 польская армия прорвала передний край главной полосы Померанского вала, после чего 3 дивизия, 6 дивизия без одного полка и 8 отдельный саперный батальон заняли оборону севернее и северо-западнее Редериц (Надажице) с целью прикрыть северный фланг войск 1 Белорусского фронта. Они же прикрывали Хаугсдорф (ныне Иловец) и Дойч-Фульбек (ныне Вельбоки гмины Вешхово Дравского повята Западно-Помоского воеводства ) от возможного удара противника в южном направлении, вдоль шоссе на Гросс-Линхен (ныне Сверчина гмины Вешхово Дравского повята Западно-Поморского воеводства). 11 февраля 1945 года главная полоса Померанского вала, на которую противник возлагал столько надежд, была прорвана. Войскам 1 Белорусского фронта, в том числе и соединениям 1 армии Войска Польского, участвовавшим в боях при прорыве Померанского (Поморского) вала, Москва салютовала двенадцатью артиллерийскими залпами. За время наступления потери польских частей были весьма чувствительными. В некоторых батальонах едва насчитывалось по сотне штыков. Линия фронта загнулась на северо-восток и проходила через Дойч-Фульбек (ныне Вельбоки) и Редериц (ныне Надажице). 3, 6 пехотные дивизии и 1 кавалерийская бригада вышли к отсечной позиции Померанского вала, но здесь противнику удалось остановить их. В течение следующих пяти дней польские части вели бои за улучшение исходных позиций, наступая в направлении города Темпельбург (ныне Чаплинек Дравского повята Западно-Поморского воеводства), и сковывая значительные силы противника. Это были напряженные бои, хотя в сводках о них и говорилось: «Ничего существенного не произошло». Принимая участие во втором этапе Восточно-Померанской стратегической наступательной операции (10 февраля - 4 апреля 1945 года), 19 февраля 1945 года польские соединения перешли в наступление. Оно началось в десять утра короткой артиллерийской подготовкой. Чуть продвинувшись, поляки тотчас же были контратакованы и отброшены назад. Многочисленные попытки возобновить атаку не дали успеха. Во второй половине дня стало ясно, что наступление захлебнулось. Польская армия, хотя и не продвинулась вперед, все же выполнила роль, которая ей отводилась, — сковала противостоящего противника, лишив его возможности маневрировать силами по фронту. С 20 февраля 1945 года 1 польская армия перешла к обороне. То же сделали и соседи. Пауза в боях использовалась для пополнения личным составом и техникой, боевой подготовки с учетом опыта прорыва Померанского вала. Советское командование решило принять меры к разгрому восточно-померанской группировки противника. Замысел Ставки ВГК имел целью ударом силами смежных флангов 2 и 1 Белорусских фронтов рассечь восточно-померанскую группировку врага и выйти к побережью Балтийского моря в районе городов Кезлин (ныне Кошалин) и Кольберг (ныне Колобжег). Затем, нанося удары силами 2 Белорусского фронта в восточном направлении, а силами правого крыла 1 Белорусского фронта в западном направлении, уничтожить эту группировку по частям. В этой операции принимала участие и 1 армия Войска Польского, действуя на правом крыле 1 Белорусского фронта. Наступление началось 1 марта 1945 года. В восемь часов тридцать минут артиллерия обрушила на разведанные огневые точки, на позиции пехоты противника мощный огневой удар. Потом нанесла удар советская и польская штурмовая авиация. Пехота поднялась в атаку ровно в девять часов. Противник быстро приходил в себя. Заговорили ожившие огневые точки, усилился огонь орудий из глубины, начали переходить в контратаки отдельные группы гитлеровцев. В целом события развивались хуже, чем рассчитывало командование: к концу дня ударная группировка 1 польской армии вклинилась в оборону противника только на полтора-два километра. Утром 2 марта бой возобновился. 3 и 6 пехотные дивизии должны были сковывать силы противника, занимая прежние рубежи. Однако разведка 3 дивизии установила, что часть сил из полосы действий дивизии немцы перебросили на северо-восток против советских войск. Используя создавшиеся благоприятные условия 3 пехотная дивизия полковника Станислава Зайковского 7 и 9 пехотными полками сразу продвинулась с боями на 7 километров вперед. Недоукомплектованный 8 пехотный полк с приданным дивизионным учебным батальоном наступал во втором эшелоне дивизии. Вечером 2 марта 1945 года передовые части дивизии подошли к городу Темпельбургу (ныне город Чаплинек Дравского повята Западно-Поморского воеводства). Чтобы воспретить противнику отход в северном направлении, 3 пехотная дивизия полковника Зайковского Станислава Станиславовича решительным броском двумя полками 3 марта 1945 года овладела городом Темпельбург. Занятие этого важного узла шоссейных дорог облегчило действия советских частей на кольбергском направлении. За отличные боевые действия войскам, участвовавшим в боях при прорыве обороны противника восточное Штаргарда и овладении Темпельбургом и другими городами, приказом ВГК № 288 от 4 марта 1945 года объявлена благодарность и в Москве был дан салют 20 артиллерийскими залпами из 224 орудий. В ознаменование одержанной победы соединения и части, наиболее отличившиеся в боях при прорыве обороны немцев и овладении городом Темпельбург были представлены к присвоению наименования «Померанских» и к награждению орденами. 3 пехотная дивизия имени Ромуальда Траугутта удостоена этого почетного звания приказом Верховного Главнокомандующего Красной Армии № 078 от 4 мая 1945 года. В середине первой декады марта советские войска плотно охватили восточно-померанскую группировку с севера, запада и востока. Польские кавалеристы и танкисты замкнули кольцо окружения с юго-востока и юга. Советские войска расчленили окруженного противника на несколько групп и приступили к его уничтожению по частям. В полосе 1 польской армии железным кольцом был охвачен 10 армейский корпус СС. Его ликвидацию командование 1 Белорусского фронта поручило полякам совместно с советскими кавалеристами и пехотинцами. Были созданы три группы преследования. В первую вошли 3 и 6, во вторую — 2 и в третью — 1 и 4 пехотные дивизии. Кавалерийской бригаде совместно с танковой предстояло выполнять роль резерва. Покинув Темпельбург , 3 пехотная дивизия с боями продвигалась в направлении на город Польцин (ныне Полчин-Здруй Свидвинского повята Западно-Поморского воеводства). 5 марта группы преследования продвинулись на север почти на 20 километров. Подразделения 8 пехотного полка, продвигаясь во втором эшелоне дивизии, вступали в бои с разрозненными группами немецких войск. В течение 6 и 7 марта окруженный немецкий корпус был уничтожен. 8 марта войска 1 польской армии закончили ликвидацию групп противника. Еще в ходе боев с частями 10 немецкого корпуса СС 6 марта 1945 года командование 1 польской армии получило приказ штаба 1 Белорусского фронта взять город Кольберг (ныне Колобжег - административный центр Колобжегского повята Западно-Поморского воеводства) и очистить морское побережье к западу от этого города до населенного пункта Дееп (ныне Мжежино гмины Тшебятув Грыфицкого повята Западно-Поморского воеводства). Осенью 1944 года немецкий Кольберг получил статус «фестунга», т.е. крепости, что означало строительство укреплений вокруг города и наличие постоянного гарнизона. Город был сильно укреплён еще в начале 1945 года. В нём оборонялся гарнизон в 10 тысяч готовых на всё солдат, все жители в возрасте от 16 до 50 лет были мобилизованы на строительство укреплений и в отряды фольксштурма. Город прикрывали три оборонительные позиции, фланги которых упирались в море. Внешняя, состоявшая из сооружений полевого типа, траншей полного профиля и противотанковых рвов, проходила по предместьям Кольберга. Вторая тянулась по его окраинам - от старых фортов на берегу моря к ипподрому, паровозному депо и далее вдоль реки Венцеминка. Третья позиция прикрывала центральные кварталы города. Улицы здесь перекрывались баррикадами, все перекрестки и площади простреливались не только пулеметным, но и артиллерийским огнем. Особенно сильно укрепил противник казармы, школы, газовый завод, паровозное депо. К тому же гарнизон Кольберга поддерживала береговая артиллерия и орудия военных кораблей, стоявших на рейде. Задача по овладению Кольбергом (Колобжегом) командованием 1 армией Войска Польского была возложена на 6 и 3 пехотные дивизии. 3 пехотная дивизия под командованием полковника Зайковского Станислава Станиславовича без 8 пехотного полка, находившегося во втором эшелоне, 8 марта 1945 года переправилась через реку Парсенту и нанесла удары: 7 полком с приданной батареей 120-мм минометов 8 пехотного полка по Лемборгскому предместью, 9 полком - по Злотувскому предместью. К вечеру части дивизии достигли противотанкового рва, заполненного водой, и топкого болота, где вынуждены был остановиться. К этому времени подразделения 8 пехотного полка достигли деревни Ростин (ныне Росьцино гмины Бялогард Бялогардского повята Западно-Поморского воеводства). На рассвете 10 марта 1945 года наступление возобновилось. И опять основная тяжесть легла на 7 пехотный полк, личный состав которого дрался героически. Еще ночью саперы подготовили мостки, и по ним стрелки перескочили через противотанковый ров. Успех 7 полка, хотя и небольшой, требовалось развить, поэтому главные усилия командование перенесло на правый фланг. 8 пехотный полк вернулся на передовые и был введен в бой стыке между 7 и 9 пехотными полками. Таким образом, в первом эшелоне 3 пехотной дивизии полковника С.С. Зайковского теперь наступали три полка, что и определило успех: уже 11 марта они заняли Лемборгское предместье, выйдя к газовому заводу и Старому городу. К 12 марта в тяжелых боях было преодолено внешнее кольцо обороны германских войск. К вечеру 13 марта в результате наступления частей 3 и 6 пехотных дивизий, а также 12 пехотного полка 4 дивизии в руках польских войск оказались наиболее сильные опорные пункты противника — газовый завод, артиллерийские казармы, большое кладбище и стрельбище на берегу моря. Немцы отчаянно сопротивлялись, приходилось с боем брать каждый дом, порой, даже сарай. Верную службу при штурме казарм и укрепленных домов сослужили огнеметчики. Они буквально выжигали противника из каменных нор. Ранним утром 14 марта 1943 года огневым налетом 6 Ленинградской бригады реактивной артиллерии, переданной накануне 1 армии Войска Польского командованием 1 Белорусского фронта, начался решительный штурм непосредственно городских кварталов Кольберга. Первый удар был нанесен в район порта и вокзала, где сосредоточивалась вражеская артиллерия. Сработали все 36 установок "катюш" БМ-31–12, выпустив по 12 реактивных снарядов каждая. При их поддержке первым ворвался в город 7 полк 3 пехотной дивизии. Завязались тяжелые уличные бои. Очень ярко о напряженных уличных боях в Кольберге написал в книге воспоминаний "Юность, опаленная войной" Эугениуш Червиньский (http://thelib.ru/books/chervinskiy_eugeniush/yunost_opalennaya_voynoy-read-15.html): "До завтрака нам предстоит захватить соседний дом на противоположной стороне улицы. Минометчики откроют огонь, а когда мы поднимемся в атаку, расчет пушки будет подавлять прямой наводкой огневые точки противника. "Плюм-плюм!" - подпрыгивают стволы минометов... Вдруг все вокруг оживает. Со всех сторон трещат автоматы. Артиллеристы выкатывают за угол здания свою пушку и тоже открывают огонь. - Приготовиться к атаке! Достать ручные гранаты! - доносится взволнованный голос Рыхерта, - За мной! Первым выскакивает сам хорунжий. За ним бежим мы, стреляя на ходу по окнам дома, который нам предстоит захватить. Артиллеристы тоже ведут огонь из своего маленького орудия. Хорунжий поднимает вверх гранату. Широкий замах, как у хорошего косаря,- и брошенная граната влетает в окно. Дом содрогается от взрыва, оконная рама с треском падает на тротуар. Где-то на верхнем этаже в последний раз захлебнулся пулемет. - Кидайте гранаты в окна! - старается перекричать шум сражения хорунжий Рыхерт. Бросаем гранаты и подбегаем к стене дома. Несколько секунд выжидаем. "Бум-бум!" - доносятся из глубины дома взрывы. - Влезаем через это окно! Подсадите меня! - кричит офицер. Спустя пятнадцать минут весь первый этаж в наших руках. В угловой комнате, возле пробитого в стене отверстия, лежат разбитый нашими гранатами немецкий пулемет и его расчет. Двое товарищей не спускают глаз с двери, ведущей во двор, а Рыхерт, словно кошка, крадется на второй этаж. Следом за ним еле успевает Гладзюк. Замираем в ожидании. Командир поднимается все выше и выше и исчезает за поворотом лестницы. В соседних помещениях тишина, только противно хрустит под ногами разбитое стекло, да на последнем этаже разъяренно лает гневными очередями пулемет. На лестничной площадке третьего этажа - дыра в стене, через которую можно пройти в соседнее здание. Командир приказывает мне и еще троим разведчикам ликвидировать расчет немецкого пулемета, а сам с оставшимися бойцами пролезает через дыру в соседний дом. Осторожно, стараясь не шуметь, останавливаемся возле единственной двери, ведущей на чердак. Оттуда доносится грохот пулемета. Нажимаю на дверную ручку - закрыта. - Что будем делать? - нервничает Лукасевич. - Давай немецкую гранату с деревянной ручкой. Она откроет любую дверь лучше всякого ключа,- вдруг приходит мне в голову спасительная мысль. Я беру гранату и подхожу к двери... А пулемет на чердаке все поливает огненными очередями наших бойцов. - Дай какой-нибудь шнурок... - Нет у меня никакого шнурка. - Тогда бинт... Лукасевич разрывает прорезиненную упаковку немецкого индивидуального пакета и протягивает мне его содержимое. Быстро привязываю гранату к дверной ручке, чтобы она случайно не упала, выворачиваю из рукоятки металлический колпачок - на шелковом шнурке повисает небольшой фарфоровый шарик. - Спустись пониже и приготовь еще одну гранату,- советую я ефрейтору. Придерживая корпус гранаты, дергаю за шарик и бегом, перескакивая через две ступеньки, спускаюсь вниз... Раздается оглушительный взрыв. Лестница наполняется дымом и пылью, а в ушах возникает устрашающий звон. - За мной! - кричу я товарищу и мчусь по ступенькам, ведущим на чердак... На ходу снимаю с предохранителя гранату. В проеме двери виден чердак, наполненный клубами дыма. - Бросай! - кричу я, и мы оба швыряем по гранате.- Бросай влево от входа, а я - вправо! Снова летят на чердак гранаты, и дом содрогается от взрывов... Осторожно пролезаем через проем двери на чердак и на всякий случай даем несколько коротких очередей по темным углам. В крыше напротив двери выбито несколько черепиц. Возле образовавшейся дыры лежит немец. Я склоняюсь над ним - он мертв... Подхожу к дымоходу и обнаруживаю еще одно большое отверстие в крыше... - Зови сюда Сокола с ручным пулеметом. Мигом! - приказываю я, а про себя раздумываю: "Немцы закрыли наглухо дверь чердака. Значит, из дома в дом они перебегают по крышам. Надо будет доложить об этом командиру взвода"... - Смотрите, по крыше идет немец! - показываю товарищам. - Это снайпер. Движется в нашу сторону. Встречу его, когда подойдет поближе,- решает Сокол и ложится за пулемет... Немец, по-видимому, не в первый раз пользуется этим путем, поскольку держится на крыше довольно уверенно... - Сокол, только одну очередь, не больше...- обращаюсь к пулеметчику. - Будет сделано, гражданин старший сержант! Он крепко прижимает к плечу приклад, на минуту задерживает дыхание и медленно нажимает на спусковой крючок. "Та-та!" - бьет короткая очередь. Немец на секунду остановился, сделал по инерции еще полшага и с грохотом покатился вниз по крыше..." Около полудня 14 марта польские части взяли паровозное депо, авторемонтные мастерские, товарный вокзал и, прорвавшись в Старый город, подошли к Венцеминке. А ровно в три часа дня польское командование, связавшись по радио с комендантом Кольберга, передало ультиматум о полной и безоговорочной капитуляции. Выждав оговоренный час, попытались вызвать коменданта еще раз, но ответа не получили. Пришлось возобновить огонь. Первыми разорвали тишину залпы «катюш». Затем открыла огонь вся артиллерия - все орудия, от батальонных до самых крупных. Были выведены на прямую наводку даже 122-миллиметровые гаубицы. Стреляя в упор, они крошили стены домов, превращенных врагом в мощные опорные пункты. Иногда пушки вкатывались в первые этажи занятых зданий и вели огонь из-за надежных прикрытий. Польские воины овладевали одним опорным пунктом за другим, прижимая гитлеровцев к морю. На рассвете 15 марта был вторично вызван на переговоры по радио комендант города. На этот раз он ответил сразу. Он вновь получил условия капитуляции, и был предупрежден, что подобное предложение ему делается в последний раз, и только из гуманных соображений, ради сохранения жизни женщин, детей и стариков. В ответ последовало заявление столь же глупое, сколь и чванливое, согласованное, по-видимому, с высшим командованием: " - В 1807 году Наполеон не смог овладеть Кольбергом, а полякам тем более это не удастся". Последние два дня бои были особенно ожесточенными. В ходе их польские воины полностью овладели второй оборонительной позицией. 3 пехотная дивизия и 18 полк 6 пехотной дивизии, поддерживаемые танками и противотанковыми орудиями, вели бои на узких улицах старого города. Они сумели захватить комплекс зданий газового завода и дома в районе костела Святого Ежего, а также вышли к железнодорожной станции в центре города. В их руках оказались фабрика вблизи побережья, вокзал, весь городской парк и устье реки Парсенты. Вражеский гарнизон отошел на третий, последний рубеж, оказавшись блокированным на территории порта. У него осталась небольшая полоска земли шириной около трех километров и глубиной всего лишь восемьсот метров. В два часа ночи 18 марта 1945 года был дан сигнал к генеральному штурму третьего кольца обороны немецких войск. Сотни орудий произвели мощный огневой налет, и пехота двинулась вперед. Где по чердакам и подвалам домов, где по улицам штурмовые группы устремились к порту. Бой был скоротечный, но кровопролитный. В первые часы были освобождены порт и железнодорожная станция. Ошеломленные гитлеровцы сначала оказывали упорное сопротивление, но вскоре начали группами сдаваться в плен. На рассвете 18 марта 1945 года Кольберг наконец пал. За время боев за Кольберг противник потерял убитыми около 5000 и пленными 6292 солдата и офицера. Чувствительные потери понесла и польская армия: 1206 убитыми и пропавшими без вести, более 2500 ранеными. Воины Красной Армии и Войска Польского, погибшие в последних боях за Кольберг (Колобжег), были похоронены на братском кладбище у самого моря вокруг маяка. 26 - 27 апреля 1963 года они были перезахоронены на воинское кладбище на улице 6 Дивизии Пехоты. Войскам, участвовавшим в боях за овладение Кольбергом, приказом ВГК № 302 от 18 марта 1945 года объявлена благодарность и в Москве был дан салют 12 артиллерийскими залпами из 124 орудий. В тот же день состоялась военно-патриотическая церемония «Обручение Польши с морем». Вот как описывает это событие в своих воспоминаниях «Товарищи в борьбе» Герой Советского Союза генерал армии Поплавский Станислав Гилярович, командовавший во время Великой Отечественной войны 1 армией Войска Польского: «К маяку прибыли с развернутыми знаменами полки 3 пехотной дивизии, чтобы дать клятву Балтийскому морю. Солдаты, сняв каски и подняв кверху правую руку с двумя распрямленными пальцами, громко и проникновенно повторяли слова исторической клятвы: - "Клянусь тебе, польское море, что я, воин своего Отечества, верный сын своего народа, никогда тебя не оставлю! Клянусь тебе, что всегда буду следовать путем польской демократии, по которому ведет меня Крайова Рада Народова и Временное правительство. Это воля народа, и она привела меня к тебе, польское море! Я клянусь, что вечно буду охранять тебя, не щадя ни крови, ни жизни, и никогда не отдам тебя чужеземцам-захватчикам!.." Зазвучала мелодия польского государственного гимна, и знаменосцы дивизий и полков торжественно двинулись к морю. Войдя по колено в воду, они повернулись лицом к застывшему строю и медленно опустили полотнища в бьющие о берег волны. Церемония закончилась салютом и митингом. Потом началось то, чего никто не ожидал. Усатый солдат, войдя в воду, снял с пальца золотое обручальное кольцо и с возгласом "Нех жие Польска!" бросил его далеко в море. Это был воин 7 пехотного полка 43-летний капрал Францишек Невидзяйло, геройски сражавшийся за Колобжег и только что получивший из рук командира дивизии орден "Крест храбрых". Вслед за ним к берегу потянулись его товарищи. В тот день воды Балтики приняли немало обручальных колец. У поляков с незапамятных времен, бытует обычай "венчания с морем". О нем и вспомнили теперь солдаты». На набережной в городе Колобжеге воздвигнут монумент в честь обручения Польши с морем. По окончании боев польские части заняли оборону вдоль побережья Балтики. Лишь 3 пехотная дивизия, находившаяся в резерве, сосредоточилась в районе Кольберга. 8 пехотный полк расположился в деревне Вежбка-Дольна нынешней гмины Госьцино Колобжегского повята. Подразделения приводили в порядок оружие и обмундирование, подковывали лошадей, чинили повозки и сбрую и обмундирование. Чтобы помочь разоренному войной хозяйству, бойцы, находясь на отдыхе, приняли участие в первой посевной на освобожденных землях. Отделение политико-воспитательной работы полка организует из бойцов-крестьян посевные бригады. В покинутых хозяйства
Выжил / пропал без вести / погиб:погиб
Близкий:нет
Дата и время создания карточки:2016-12-21 14:52:43
Дата и время последнего изменения:2018-09-24 14:47:05
При использовании материалов сайта ссылка на www.pobeda1945.su обязательна.